Спектакль-балаган
“Повесть о капитане Копейкине”

(глава из поэмы “Мертвые души” Гоголя)

“Гоголь - лубочный писатель, да, верно гениальный, согласен, а, все-таки лубочный!” Иван Бунин

“Театр Простодушных” начался с этой гоголевской буффонады. Инвалид Отечественной войны, вернулся домой, где он никому не нужен и отец отправляет его в столицу хлопотать о своей пенсии. А там его кормят одним и тем же блюдом под названием “Приходите завтра!” и никто не вникает в его проблемы. А вокруг шумит столичная жизнь, и никому нет дела до того, что ветерану уже нечего есть. В конце концов, протестующего героя высылают куда подальше. Но в финале звучит тревожная гоголевская нота: “Только в рязанских лесах появилась шайка разбойников, и атаманом был никто иной, как…”

Эту историю, перебивая друг друга, совсем по-детски, разыгрывают для публики, наивные обыватели. Почему то они верят, что там, наверху, в правительстве, о них обязательно позаботятся. Спектакль пронизан сочувствием к рядовому человеку, которого переламывают жернова государственной машины. Премьера состоялась в 2002 году на сцене театра. Doc. На подготовительном этапе был снят одноименный фильм (режиссер Р. Мархолия) для канала «Культура».

Цитаты из спектакля: “Вы обязанностей своих не знаете! Вы все законо-продавцы!”, “Русь, куда несешься ты? Дай ответ… “Зачем вы меня обижаете? Я же брат ваш.”
(Спектакль идет 50 мин.)

«Бесовское Действо над неким мужем,
с прологом:
Прение Живота со Смертью»

Спектакль-мистерия
писателя-символиста Алексея Ремизова

“Ремизов - юродивый в пределах культуры - умный, образованный, даровитый художник, со своим значительным, юродивым видением, с самобытным, но юродивым литературным словом.” Иван Ильин

К 100-летию со дня рождения Льва Гумилева, подвижника последних времен

Это декадентская стилизация русской старины. Мини-сюжеты пьесы: спор Жизни и Смерти, противопоставление мученической смерти грешника и блаженной кончины праведника, попытки демонов искусить подвижника. Это темы традиционны для средневековой словесности, но они имеют интересные продолжения и в новейшей литературе. Впервые «Бесовское действо» было дано в Петербурге в  театре Веры Комиссаржевской в 1907 году в стиле “русского примитивизма” (дебют художника Мс. Добужинского) и больше никогда и нигде не исполнялось.

Погружаясь в ремизовское “волшебное царство”, Неупокоев реконструирует ремизовскую пьесу как народный лубок и стильную подделку под древнерусский апокриф. Содержание старинных текстов облечено здесь в форму фельетона, где за ликом литературной реликвии, прорывается живая реальность. Как и в английском моралите,  аллегоричность и скрытое за ней нравоучение не составляют единственную смысловую сущность пьесы. Нравоучительная идея, время от времени, совсем затушевывается, и на первый план выходит современность, причём, в юмористическом аспекте.

Это произведение лежало под спудом более 100 лет, как будто нарочно для того, чтобы его открыли для российской публики “Простодушные” - и сегодня оно звучит как злободневный политический шарж-обозрение. Вся архитектура этой мистерии - как парад игрушек с народной ярмарки и каждое её исполнение подобно детской игре. Но по жанру - это поучение, не мораль, а дружеское увещевание, близкое к наставлениям летописцев как в “Молении” Даниила Заточника или “Завещании” Мономаха. Философ И. Ильин называл писателя А. Ремизова “сердца ради юродивым” и “мифа ради юродивым”. Безусловно, это наш автор, потому что умел “жить сердцем, творя беззаветно и беззапретно, видоизменяя все на свой собственный лад.”

Цитаты из спектакля: “В мире все можно купить с душёй и сапогами, меня никогда!”, “Да, я - грешная, я последняя, но разве Ты пришел только для праведных? Да воссияет свет!”

Наша премьера!

Спектакль-притча “Зверь”
(новая версия)

по мотивам антиутопии М. Гиндина, В. Синакевича

“Слова любви не сказанные мною, / В моей душе горят и жгут меня!” Константин Бальмонт

Действие происходит после мировой катастрофы. Маленькая семья: Отец, Мать и Дочь, пытаются выжить в уже разрушенном мире. Реконструкция картины жизни после конца Света - это завораживающее зрелище! По пустыне бредут уставшие путники в поисках Друга для Дочери, с которым она сможет создать семью, продолжая человеческий род. Внешность странных землян отличается от традиционных представлений о красоте - на голове у них нет волос, а необычные облачения напоминают одежды Средневековья.

Потрясением для всех становится встреча со Зверем, который понимает человеческую речь, даже умеет думать и говорить… Но, по мнению Отца, он загрыз таинственного “человека со стеклами на глазах”. Так ли это на самом деле? И тут появляется долгожданный Друг… Люди Пост-Апокалипсиса - непохожи на современного человека, это мутанты, не-помнящие кто они и откуда, лишенные всех “подпорок”, тех завоеваний цивилизации, которыми мы защищены от хаоса. Но даже эти монстры не могут выжить в мире без любви.

Что остается от человека, когда он совсем лишен нравственных оснований, социальности во всех её формах? Человеку необходимо быть любимым, независимо от того интеллектуален он или нет, его природа требует этого. И душа человека подсказывает ему путь спасения, ибо она живет только любовью, единственным условием выживания во все времена. Если эта смыслообразующая потребность не воплощается в судьбе человека - ему незачем жить.

Цитаты из спектакля: “Человек со стёклами сказал : Ходи и ищи!”, ” Думать умеют только люди!”, “Мужчина так устроен, что ему нужна женщина!”

На роль Матери приглашена Ольга Борисова.
(Спектакль идет 60 мин.)

Еще премьера сезона!

ПУШКИН. Болдинские драмы

(Опыт художественного осмысления безверия)

“Hrocul este, profani”/ ”Долой отсюда, непосвященные”

Моему другу - поэту Борису Клетиничу посвящается.

Исследуя природу дружбы в своем опусе о Моцарте и Сальери, Пушкин берет ее не в здоровье, но в болезни. Его трагедия по духу примыкает к “Диалогам” Платона. Простодушный Моцарт для искушенного Сальери - друг первый и единственный, а их встреча роковая и последняя! Демон зависти уже вошел в ревнивое сердце Сальери с хулой на ближнего, весь мир и самого Творца…

“Эта драма, принадлежащая к числу напряженнейших пушкинских вдохновений, благодаря своей глубине и беспримерной краткости всегда остается несколько загадочной. Пьеса, состоящая всего из двух сцен, есть воистину трагедия, в которой обнажаются предельные грани человеческого духа. Отсюда и ее торжественная серьезность и почти религиозная проникновенность. Передумывая ее, проникаешься суеверным удивлением перед этим чудом пушкинского творчества, которому так многое открыто в его вдохновениях.” о. Сергий Булгаков

«Престань и ты жить в погребах, / Как крот в ущельях подземельных.» Гавриил Державин

А драматический этюд “Скупой рыцарь” автор жанрово определил как «трагикомедию», заявив уже в названии тему скупости в комическом/трагическом аспектах: рыцарь и скупой. Это пушкинский оксюморон. А в мистификацию псевдо-определения: «Сцена из Ченстоновой трагикомедии: The covetous Knight» - все поверили, как будто это, действительно, перевод с английского. Только такой пьесы у Шенстена нет.

Музыка в спектакле: Сальери, Моцарт, Канчели. (Спектакль идет 67 мин).

впервые на сцене!

ОООИ “новые возможности”

и

студия “Гистрион группа”
представляют проект Игоря Неупокоева

мистерия Федора Сологуба “Победа смерти”

Реабилитационная инициатива Нелли Левиной

В центре сюжета - загадка рождения Карла Великого. Из старинной легенды Сологуб создаёт мистерию победы вечного над тленным. В черновом варианте его пьеса называлась: «Победа любви». Автор знает о тождественности этих понятий: “Любовь и Смерть - одно!” Тут раскрывается конфликт хромоногой принцессы и её смазливой служанки, выведенный за пределы мифа и истории. В основе исследования поэта-символиста - роковые сплетения правды и лжи. И эти сокровенные смыслы простираются за таинственную грань жизни и смерти каждого человека.

Это опыт двух театральных образований, где все исполнители - люди с особенностями ментального и психического развития. Студийцы-дебютанты: Мартина Черняхович, Юлия Трифонова, Борис Левин, Любовь Воскресенская, Алексей Терехов, Данила Смецких, Татьяна Курбатова, Леонид Бочкарев, Анна Дедик и Андрей Туфар, а также Виктор Бодунов (актер “Театра Простодушных”).

Музыка в спектакле: Малер, Шнитке, Альбинони. Звук и свет - Стас Губин (театр. Doc).
Спектакль идет 65 мин.

Спектакль-капустник “Два Шекспира”

совместно с драма-студией воскресной школы Сретенского монастыря
при участии хора Сретенской духовной семинарии

Премьера состоялась в театре “Школа драматического искусства”на Сретенке. В первой части - сцены из “Короля Лира” исполняли школьники начальных классов. Самому Лиру было - 6 лет. У этих малолетних исполнителей трагедийное содержание невольно облекалось в красочную форму детского “капустника”. (Позднее этот спектакль был подготовлен на старо-английском - языке оригинала, по просьбе наместника Сретенского монастыря о. Тихона). А во втором отделении - старшеклассники представляли ключевые эпизоды из “Гамлета”, где “простодушные” лицедеи выступили - Средневековыми игрецами, приехавшими в замок Эльсинор разыгрывать сцену “Мышеловки”.

В такой необычной интерпретации почти космические шекспировские страсти транслировались чисто и свежо. Соединение различных фактур исполнителей придало событиям бессмертных шекспировских трагедий вневременной, надисторический сущностный смысл. Переплетение современных и средневековых реалий указывало на определенное единство эпох. А сознательные погрешности против времени и истории придали этому представлению определенную философскую глубину или, по крайней мере, иллюзию такой глубины.

Комментарий режиссера: “Концепция “Театра Простодушных” тут расширилась, но не нарушилась: обычные дети, тоже постодушные, встретились с “Вечными детьми” на одной сцене - это поистине Сретение - встреча в некоем всечеловеческом единении, достойном вселенского гения Шекспира. Исполнение этого опуса в строгом пространстве театра на Сретенке представляется мне знаменательным. По моему, наш опыт близок к художественным откровениям самого Анатолия Васильева. Мы тоже шли по пути искания новых форм и старых смыслов, сделав собственную попытку прикоснуться к таинству театрального искусства. Теперь дети стали большими и спектакль снят с репертуара, но, я уверен, что особая память о нашей совместной работе останется у них навсегда.”

А вот лучшая награда простодушным артистам и их поклонникам
Рецензия Алексея Олейникова

на самый первый спектакль театра Простодушных
“Капитан Копейкин” или “Приходите завтра!?”

“С той стороны темноты”

Не знаю, каким Гоголь замысливал своих героев, но в пространстве “Мертвых душ” эти актеры более чем органичны, они в этом фантасмагоричном воздухе свои, их очертания не плывут в мареве, а остаются, какими их определила судьба. Попытка отстраниться от актеров, сосредоточась на некоем художественном целом спектакля, приводит к странному видению: чудится, что здесь, в белой от софитов пустоте, воплощается самый дух “Повести о капитане Копейкине” - дух косноязычный, лепечущий, но захватывающий полностью.

И к зрителю, втянутому по самые зрачки в выморочный гоголевский водоворот, вдруг приходит четкое понимание, что смысл действа не в том, что играют Гоголя, а в том, что играют именно так и именно они - особые люди. Нет дистанции между актером и ролью, нет самого актера, личность его расплавлена в персонаже. И банальность “не играют, а живут” перестает быть.

Вот они - действительно проживают, прожигают каждую сценическую секунду с такой полнотой и интенсивностью, какие спалили бы не раз любого профессионального актера. Эти простодушные, слишком живые души играют “Мертвые души”, и играют блестяще. Они плоть и кровь, само существо спектакля, имеющего мало общего с арт-терапией и прочими формами-костылями социального вспомоществования.

Это театр откровенных и театр откровения преже всего для нас, живущих с той стороны темноты. И как не крути хвосты своим комплексам, как не пытайся отстраниться от заведомого знания “ну мы-то понимаем, это ведь…” перед походом в этот театр, все равно у большинства возникнет то трудноуловимое чувство, от которого потом хочется вымыть душу с мылом.

Но когда человек садится на стул и начинает смотреть, а потом и постепенно видеть, то гоголевский план спектакля отступает куда-то очень далеко, уступая место колоссальному вихрю эмоций и мыслей о сути и границах человека. Неупокоеву, режиссеру и главному сценическому мотору, постоянно взвинчивающему действие, удается бесхитростной почти не-игрой своих подопечных затрагивать в спектакле какие-то энергии космического масштаба. Некая человеческая общность проступает в этих лицах, и смутным гулом какой-то подъязыковой глубины наполнена их задыхающаяся, прерывистая нервная речь.

Пожалуй, это единственный театр, где ошибки актеров, вернее, обыкновенный, банальный человеческий героизм в борьбе с ошибками своей природы, доставляют зрителю больше переживаний, чем верная игра. Постоянное преодоление, перерастание себя делает этот театр столь отличным от других. Здесь не играют - здесь живут вечные дети, с лихвой восполняющие недостачу  способностей избытком души. Превращают сцену в коллективное “зеркало для героя”, и вопрос “над кем смеетесь?” в их устах начинает звучать как-то уж совсем не по-детски. Недаром в названии спектакля спрятан вопросительный знак, он обращен к зрителям, и у них спрашивается: “А вы придете завтра?” Приду, ребята.

© «Театр Простодушных», 2004-2009
Интернет-поддержка - КРЕДО-ТЕЛЕКОМ